Не мытьем, так катаньем
хотят навредить Сарбашеву…
… или ГОСУДАРСТВУ?
20 августа с.г. на мукомольный комбинат "Элнур Тегирмен" высадился десант. Самый что ни на есть настоящий. Все обстояло в традициях голливудских боевиков: под руководством штатских действовали омоновцы. Предприятие было захвачено, технологический процесс прерван, цеха опечатаны. Сопровождалось мероприятие вспышками многочисленных телевизионных камер.
Набег осуществила столичная финансовая полиция. Еще четверо суток она делала лихорадочные попытки: чего бы "этакого" найти. Не нашла.
Производство, а вообще-то оно непрерывное, было запущено вновь. Но в результате этой "спецоперации" мукомолы понесли ущерб свыше 12 миллионов сомов.

Печально, но - факт
... У Эркинбая Сарбашева, владельца мукомольного производства, есть дом, в Кок-Жаре.
Прямо скажем, хороший. В нем временно жил родственник, человек служивый. А когда его по работе перевели в Токмок, он попросил Сарбашева, чтобы в этот дом поселился, пока не решит свою жилищную проблему, его знакомый, Сатыбалды Калмурзаев. Его наоборот из Токмока в столицу направили, на повышение - был назначен заместителем начальника финансовой полиции республики. Сарбашев родственника уважил: пусть живет, не жалко.
Про жильца на некоторое время забыл - дел невпроворот. Ни разу не встретился, условий проживания не ставил, денег ни за какие "коммунальные" не просил, блюдет ли порядок, тоже не интересовался. Все просто: попросили помочь человеку, а в его доме товарищу родственника будет комфортно. Так прошло два-три месяца. И не вспомнил бы Эркинбай Маманович про своего жильца, если бы не однажды…
- Мне позвонили на мобильник, - рассказывает Сарбашев. - Я удивился: этот номер мало кто знает, только близкие. Оказалось, это Калмурзаев. Спросил, как дела и пригласил "посидеть". Я действительно был очень занят, поблагодарил и отказался, пообещав, что в следующий раз обязательно приму его приглашение (это в свой собственный дом. - Прим. авт. ).
Но не получалось у меня приехать к нему ни по второму, ни по пятому звонку - времени все не было. Тут родственник позвонил, просто взмолился, мол, неудобно, давай сегодня вместе поедем, у него как раз гости собираются. Поехали. Вошли, поздоровались со всеми, сели за дастархон. Мой "квартирант" с ходу, не моргнув глазом, явно красуясь перед присутствующими, говорит мне открытым текстом, что он может, если захочет, завести на меня уголовное дело. Этими словами я был поражен и изумлен одновременно - такого приема не ожидал, хотя бы для приличия сначала спасибо сказал за то, что живет как гость в моем доме. Я ответил, что закон чту, налоги плачу вовремя, никого не обманываю и угроз финансовой полиции не боюсь потому, что никак перед ней не виноват и впредь не собираюсь иметь с ней дело. Я не вспылил, просто оскорбился, встал из-за стола и уехал.
Дело было в воскресенье. Уже в понедельник Эркинбая Мамановича пригласили в республиканскую финполицию. Следователь Латып Нуралимов ему объявил, что против него … возбуждено уголовное дело по факту обнаружения фальшивой счет-фактуры, выписанной на предприятии "Элнур Тегирмен". Сарбашев в недоумении: счет-фактура подписана бухгалтером и директором комбината, с них и спрос, почему в финполицию не их вызвали, а его? Он и сам со всех сторон заинтересован, чтобы на его собственном предприятии не делалось ничего, что может повлиять на репутацию фирмы, а тут - на тебе! - целое уголовное деяние?
Прошло почти две недели. С документом разобрались: никакой он не фальшивый, очень даже настоящий. Но уголовное дело, возбужденное по факту, все не закрывали. Во время очередной встречи по этому поводу следователь Нуралимов советует Сарбашеву "наладить" отношения с его руководством, Калмурзаевым то бишь.
Сарбашев хорохорится: "Какие отношения, я его всего один раз в своей жизни видел?!". Садится в машину, звонит родственнику: "Я тебе ничего плохого не сделал? Об одном прошу: пожалуйста, освободи меня от такого "высокого" знакомства, а мой дом - от него. Со всем остальным я как-нибудь сам разберусь".
Сатыбалды Калмурзаев из сарбашевского дома съехал.
Уже завтра был "налет"
Организовала его уже столичная финансовая полиция. Надо полагать, что под чутким руководством республиканской. Все по форме. Людей было много от силовых структур и средств массовой информации. Уже вечером, а происходило событие 20 августа, по многим телеканалам прошла информация о том, как "Элнур Тегирмен" обманывает потребителей своей продукции. Каким образом? Муку недовешивает. Финполиции отсигналил, мол, один предприниматель, имевший деловые отношения с этим предприятием, даже заявление написал - обратился письменно, так сказать. Перед телекамерами в складском помещении упакованную муку взвешивали, констатировали, что в нескольких пятидесятикилограммовых мешках ее "не хватает".
Напрасно работники комбината пытались убедить высокочтимую комиссию, что это - собственный склад предприятия, здесь они могут хранить свою продукцию в какой угодно расфасовке и, собственно, без нее тоже - затарить и хранить. Покупателям же завод отпускает муку только через электронные весы, их точность - до граммов.
В это время комбинат уже стоял, здесь велись самые взыскательные и разноплановые аудиты. Этот более чем пристрастный процесс не прерывался несколько дней, но желаемых проверяющим результатов не принес. Однако, привычный для комбината, производственный, был прерван. А в нем, как и полагается, было задействовано - только, пожалуйста, вдумайтесь: 420 тонн зерна!
Согласно технологии, зерно прошло промывку и в рамках того же технологического процесса "отлеживалось" после процедуры в специальных резервуарах. В этом состоянии ему полагалось пребывать восемь, или не более десяти часов. Только так оно получает кондицию, необходимую для помола высококачественной муки. Какой, между прочим, "Элнур Тегирмен" и славится.
Производство простояло почти пять дней, "добро" на его запуск финполиция дала вывалено на помойку.
Виноватый поневоле
Кто же "выставлен" в виновники сыра-бора на комбинате? Не мифический персонаж пожаловался на элнуровский "обман-обвес", а совершенно конкретный предприниматель, некий Серков. Вот с этого самого места требуется рассказать поподробней.
Господин Серков здесь постоянным покупателем не был. Но в ноябре 2007 года он приобрел, согласно выписанной на его имя счет-фактуры, на комбинате "Элнур" 110 тонн муки. Хранил в неприспособленных для этого помещениях. Не продавал почему? По кочану - у каждого бизнесмена свои секреты.
Получал Серков товар, выходит, почти за девять месяцев до достопамятного события на "Элнуре". Получается, что свое заявление на недобросовестность производителей муки вынашивал долго и бережно, как дитя. А тут, как раз вовремя, и разразился. Что же оставалось финполиции делать? Ответ один: проверять заявление. Но доводится мне, что подобные сообщения проверяют совсем не так. Скажем, становится у весов, где взвешивают товар покупателям, свой человек. Он и наблюдает картину, и зовет "из кустов" тех, кто обязан этот самый обвес зафиксировать в акте. А раз пошли на завод напролом, значит, было две причины. Или на весовой было все в порядке, или вариант такой проверки финполицией не предусматривался: с несговорчивым Сарбашевым надо было расправляться и побыстрее.
Да и с Серковым разговор мог быть более, чем короткий. Все знают, проверять деньги надо не отходя от кассы. Увез куда-то 110 тонн муки, лежала она у него восемь с лишним месяцев. Вполне возможно, что досыпал он ее, пересыпал. А, может, эта мука и не сарбашевская даже, только хранится в мешках с логотипом его фирмы? Такими вопросами никто из организаторов, мягко выражаясь, проверки на комбинате не задавался?
А вот мукомолы определенно знают, что вопросов таких, либо каких-нибудь других именно по поводу данной муки к Серкову не было. Он неоднократно перед ними после случившегося дико оправдывался, признался, что в финполиции его принудили написать такое заявление. Остается только предполагать, что попался Серков на удочку фискалам по какому-то другому поводу и таким образом ему предложили откупиться от своего греха. Что он и сделал. Видать, сильно вынужден был так неприглядно поступить.
Другого объяснения всему не найти. И вот почему.
Любой человек, имеющий отношение к купле-продаже муки, или к изготовлению из нее хлебобулочных изделий, вплоть до каждой домохозяйки, знает несколько непреложных правил. Главное из них, что срок хранения муки не должен превышать шести месяцев. После истечения этого срока мука усыхает, или наоборот влажнеет - это зависит от условий ее хранения. А в качестве теряет в любом случае - выпеченная из просроченной муки продукция невкусная и некрасивая.
Еще момент. Если у кого-то из реализаторов муки комбината "Элнур" продукт остался непроданным свыше шести месяцев, то его, возможно, стало меньше. И этому есть профессиональный термин - естественная убыль. Однако, недостающие килограммы не досыпают и не додают дополнительно. Такую муку возвращают на завод. Ее здесь меняют на свежую, а просроченную перерабатывают заново. Таков порядок. А тому, что он на комбинате соблюдается, существует документальное подтверждение.
Сказать не лишне: существует более пятисот торговых точек, в которых реализуется мука, вырабатываемая на этом предприятии. В каждую из них "Элнур" за свой собственный счет приобрел электронные весы, чтобы и покупателям, и продавцам было удобно. И за все время существования завода не было не только ни одной жалобы, но и простого нарекания в его адрес как по качеству выпускаемой продукции, так и по критериям, определяющим понятие культуры торговли.
Что теперь?
Как уже говорилось, ОсОО "Элнур Тегирмен" понес убытки в 12 миллионов сомов. Испорчено 420 тонн зерна, о чем свидетельствует заключение независимой хлебной экспертизы. В нем черным по белому написано, что эта пшеница не соответствует базисным кондициям и не пригодна для переработки в муку. Кроме того, пшеница токсична. Независимые эксперты проверили это на кролике. Самого зверька губить пожалели. Так и написано: пшеница после мойки на коже кролика токсична, и далее идет ссылка на ГОСТ.
Эркинбай Маманович сокрушается. Убытками предприятия, разумеется, само собой. Но он примеряет их больше к государству:
- Представляете, сколько это много, 420 тонн? Этой пшеницей можно засеять более двух тысяч гектаров земли! Это большая потеря и для бюджета страны: мы заплатили бы значительный налог, если бы выработали продукцию. Буквально на днях по центральному телевидению сюжет передали. Он о том, что Россия отправила Кыргызстану в порядке гуманитарной помощи 185 тонн зерна. Это событие, наверное, столь важное, что о нем сообщили на весь мир. Но ведь у нас загублено почти в три раза больше! Как можно так относиться к собственному государству людям, которые мало что для него сделали сами, а то и вовсе ничего?
А разве легко вырастить столько зерна крестьянам? Сто потов с них сойдет, затраты потерпят неимоверные и ущу весь сезон будут молиться Всевышнему, чтобы погоду дал благоприятную - иначе урожая не будет. У нас же готовое зерно брошено под ноги зарвавщимся людям. Разве это справедливо?
А дальше?
Когда выяснилось, что все, о чем в дни "налета" на "Элнур" трубили несколько телевизионных каналов, не соответствует действительности, а попросту говоря - вранье, Сарбашев попросил сатисфакции у государственного телевизионного канала. Руководитель Национальной телерадиовещательной корпорации Мелис Эшимканов ответил Эркину Мамановичу незамедлительно и исчерпывающе. Он пояснил, что НКТР пользовалась информацией официальных органов. Что именно последние должны отвечать за достоверность переданных сведений. Что работавший в то время главным редактором информационной программы "Ала-Тоо" К.Чыдынов освобожден от должности.
Отреагировала на бесчинства финполиции и Генеральная прокуратура республики. Против инициаторов возбуждены уголовные дела.
Мы попытались связаться со следователем Генеральной прокуратуры, который занимается расследованием этих дел. Разумеется, он сослался на тайну следствия, но кто бы сомневался, что все именно так и будет? Ничего другого не оставалось, как сделать собственные выводы.
Со дня кошмара на "Элнуре" прошло четыре месяца. Все, кто его устроил, находятся при своих должностях, а значит, имеют полную возможность так или иначе влиять на ход следствия. Все - на месте, никто никуда не сбежал, факты - на лицо, свидетелей - пруд пруди, в любой момент они готовы к сотрудничеству с прокуратурой. Так в чем же заключается особая сложность этого расследования? Между тем, оно затягивается, а это пострадавшей стороне ничего хорошего не сулит.
Волей-неволей складывается еще одно мнение. Эркинбая Сарбашева, молодого успешного бизнесмена, мордуют целенаправленно. Несколько лет у его комбината судами разных инстанций и назначений отбирали его законные земли, на которых по плану давно уже должен быть построен рабочий жилой городок. Верховный суд республики сказал свое справедливое решающее слово. Землю вернули, а 57 семей, кому на них были выделены участки, до сих пор их не имеют. Наказания за все это никто не понес, несмотря на то, что одним из судов было вынесено в адрес виновных частное определение.
Очень похоже, что такой же исход дела может повториться и на сей раз. Но в таком случае будет не столь за Сарбашева, сколь за державу обидно. В конце концов должно же само государство твердо стоять на защите своих интересов и собственного имиджа в глазах общественности, в том числе и мировой. И принимая иноземное зерно в качестве гуманитарной помощи, неплохо бы ему вспомнить, что несколько месяцев назад в своих родных пенатах, на комбинате "Элнур Тегирмен", было загублено огромное количество высококачественной пшеницы. По очень злому и корыстному замыслу - инициаторы остановки мукомольного производства знали, что делали.
Ольга ПОПОВА,
Агентство журналистских
расследований.
От редакции:
Публикуя этот материал, мы готовы принять во внимание версии и других участников событий на мукомольном комбинате "Элнур Тегирмен". И ознакомить читателей газеты с их мнением. Пишите нам на e-mail: ajr23@mail.ru , звоните по тел.
(0-312) 31-17-74, (0-555) 84-48-93 .






Почта:janyzak@mail.ru
Тел.: +996777329784
© J.Janyzak, Kyrgyzstan